Top.Mail.Ru

Сколько стоит врачебная ошибка в Астраханской области?

Врачебные ошибки и непрофессионализм некоторых медработников приводят к более чем 70 тысячам случаев осложнений каждый год, а случаи смерти бывают даже при использовании простых лекарств и медоборудования. 

Такую статистику озвучил на заседании совета ректоров медицинских вузов глава Минздрава Михаил Мурашко, не раскрывая точных цифр по смертности пациентов.

Если данные по России в целом хотя бы приблизительно озвучивает министр здравоохранения РФ, то данные по Астраханской области, хотя бы приблизительные, узнать очень сложно. И дело не в желании регионального минздрава «показать хорошую статистику», а в том, что минздрав и сам не располагает точными данными. Они катастрофически редко становятся достоянием общественности и чаще всего остаются на уровне «мне знакомый рассказал, что у его знакомого…».

Поделимся с Вами тремя последними случаями смертей пациентов, случившихся из-за врачебной ошибки. Все они теперь могут стать достоянием общественности только потому, что родственники, потерявшие близких по вине медиков, решили дойти до конца (по каждому случаю есть решение суда).

Один миллион рублей за смерть 9‑ти летнего мальчика

С августа 2015 года мама, потерявшая своего 9‑ти летнего сына из-за халатности врачей, добивалась справедливости. Девятилетнего М. (вымышлено) привезли в ОДКБ им. Силищевой с черепно-мозговой травмой. Как в итоге установил суд:

«16.05.2015г. в период времени с 14 часов 28 минут до 21 часа 20 минут лечение ребенка работниками ГБУЗ АО «ОДКБ им. Н.Н. Селищевой» фактически не осуществлялось. Учитывая изложенное, медицинские работники ГБУЗ АО «ОДКБ им. Н.Н. Силищевой», небрежно относясь к исполнению своих профессиональных обязанностей и не желая в полной мере выполнять возложенные на них в соответствии с должностными инструкциями задач по оказанию медицинской помощи больному М., не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих бездействий в виде смерти М., хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности были и могли предвидеть эти последствия, не применив в полном объеме свои специальные познания и навыки в области медицины, не выяснили до конца общее клиническое состояние здоровья больного и не предотвратили развитие опасных для жизни М. осложнений, что привело к смерти последнего».

В ходе судебного следствия эксперты установили, что даже то, что врачи делали для лечения ребенка, было неэффективным и несвоевременным: 

Пока московские эксперты проводили экспертизу и устанавливали причинно-следственную связь между смертью мальчика и действиями врачей, сроки привлечения к уголовной ответственности истекли. Гражданский суд удовлетворил моральную компенсацию матери за смерть своего ребенка в сумме 1 миллиона рублей, выплачивать компенсацию будет ГБУЗ Астраханской области «Областная детская клиническая больница имени Н.Н. Силищевой».

Смерть беременной девушки – 3 миллиона рублей

5 лет родственники умершей добивались справедливости. В Наримановскую РБ экстренно поступила гражданка А. За неделю до трагедии она была выписана из отделения гинекологии, где лежала «на сохранении». При экстренном поступлении врач-гинеколог не усмотрел патологии в своей области, врач-УЗИ при данных им же неделю назад рекомендаций «контроля УЗИ через 1 – 2 недели», не посчитал нужным этот самый контроль осуществить (ну не смог гинеколог внематочную беременность определить, а врач-УЗИ разглядеть). В итоге пациентке понадобилось экстренное оперативное вмешательство, в результате которого молодой специалист-анестезиолог не справился со своими обязанностями, в итоге у пациентки остановилось сердце. В этой ситуации только хирурги оказались на высоте. Пациентку вернули к жизни и завершили операцию, выяснив причину ее тяжелого состояния. 

Профессионализма хирургов после халатности и непрофессионализма других врачей оказалось недостаточно. Врачебные ошибки привели к тому, что через несколько недель именно из-за них беременная скончалась уже в другой больнице. Дома у А. остались родители, супруг и малолетний ребенок.
Наримановский районный суд постановил взыскать с ГБУЗ АО «Наримановская РБ» 3 миллиона рублей, из которых 1 миллион в пользу матери умершей, а 2 миллиона в пользу её супруга и ребенка. Плюсом были взысканы услуги адвоката 45 000 рублей.

4,5 миллиона за смерть молодого главы семейства

Данные о дате смерти отца семейства С. судом скрыты. Однако решением суда установлены обстоятельства смерти. Почувствовав недомогание, 35-летний С. дважды вызывал бригаду скорой помощи. Дважды «скорая» оставляла сигнальные листы и уезжала. Потеряв надежду на рекомендации скорой, С. самостоятельно отправился в приемное отделение ГКБ №3 им.Кирова. В стационар С. конечно же положили, но, как установил суд, больной на протяжении нескольких дней качественного лечения не получал. Установить диагноз «аппендицит», ни скорая, ни врачи больницы не смогли. Говоря простыми словами – у пациента лопнул аппендицит, из-за которого возникло множество сопутствующих патологий и после двух несвоевременных операций он скончался. Дома у него остались родители, жена и двое малолетних детей.

Видимо результаты экспертов были настолько шокирующими, что суд удовлетворил взыскать с ГБУЗ АО «ГКБ №3 им.С.М. Кирова» 4500000,00 из которых по 1500000,00 родителям и супруге. Решения суда (здесь их два) .

По нашим данным, сейчас эксперты разбираются еще с несколькими подобными делами, а значит, что только официально количество врачебных ошибок в Астраханской области, из-за которых погибли люди, может перевалить за десяток. Мы не беремся судить о профессионализме тех или иных врачей, мы можем лишь констатировать факт, что жизни людей стоят катастрофически мало, а врачебных ошибок, на наш взгляд, катастрофически много. В последнее время мы слышим массу вариаций на тему «Клятва Гиппократа» и за ними забывается основной принцип этот клятвы – «не навреди».


Подпишитесь на новости Астрахань.Ру в Telegram - все самое важное в жизни города!
Есть новость? Пришлите её нам!

Комментарии

Добавить комментарий

Ваш комментарий появится после прохождения модерации. Недопустима нецензурная брань и переход на личности.